Константин Бронзит рассказал о своем фильме и поездке на «Оскар»: «Я опять в позиции индивидуалиста. Страна мной не интересуется»

Режиссеру, сценаристу и художнику анимационного кино Константину Бронзиту предстоит в третий раз пройти оскаровскую гонку. Это не только праздник, но и важный с профессиональной точки зрения этап.

тестовый баннер под заглавное изображение

Бронзит – петербуржец, лауреат множества мировых и отечественных фестивалей, номинант французского «Сезара», на котором был представлен фильмом «На краю земли» (2001) и теперь уже трижды номинант «Оскара». Впервые он претендовал на премию Американской киноакадемии в 2009-м с фильмом «Уборная история  — любовная история» о скромной труженице общественного туалета, затем в 2016-м — с «Мы не можем жить без космоса». 

Его анимационный фильм «Он не может жить без космоса» в 2019 году вошел в шорт-лист американской кинопремии.  

Бронзит работает не только в авторской анимации, но успешен в полнометражном кино. За его плечами фильмы богатырского цикла «Алеша Попович и Тугарин Змей», «Три богатыря и Наследница престола», а также «Лунтик. Возвращение домой». Недавно вышел его полнометражный фильм про мусорный рай «На выброс».  

22 января 2026 года были объявлены номинанты 98-й церемонии «Оскара», которая состоится в ночь на 16 марта. В номинацию «Лучший анимационный короткометражный фильм» вошли «Три сестры» Константина Бронзита.

После оглашения списка номинантов мы и поговорили.  

— Десять лет назад в нашем интервью мы обсуждали печальные обстоятельства вашей поездки на «Оскар» с фильмом «Мы не можем жить без космоса». Что-то изменилось с тех пор?

— Ничего не изменилось. Куплю билеты и поеду. По счастью, виза есть. Технически для меня эта поездка выполнима. Самолеты летают. В Американской киноакадемии все стабильно.  Там ничего и не могло измениться.  А у нас изменилось все.   Вообще мир изменился за десять лет до неузнаваемости.  

— Опять самому все приходится решать? Никто не проявляет инициативы, не предлагает помощи?

— Никто.  В 2016-м, наверное, я тогда об этом рассказывал, когда приехали на «Оскар» мои чилийские коллеги с «Медведями», я им задавал больной вопрос. Когда у них случилась номинация, раздался звонок сверху: «Ребята, что вам нужно? Чем мы можем помочь?». Вот так. И мне было обидно. 

Они поселились в гостинице, а не на матрасах у друзей и знакомых. Поездка в Америку — это дорого, удар по семейному бюджету.  Чилийцам выделили средства. Они брали такси, когда это было необходимо, ни в чем себе не отказывали. А я, такой же номинант, как говорится, рядом топал своими ножками, догонял. Сейчас картина будет примерно такая же. 

Мне интересно, когда наши спортсмены, футболисты сборной куда-то отправляются, они тоже сидят и думают: «Чувак, ты как полетишь? Я через Стамбул. А ты? Я подешевле возьму билет». Что-то мне подсказывает, что у них все не так.  А в искусстве у нас так.  Я опять в позиции индивидуалиста. Страна мной не интересуется.   Вот что обидно. 

— Вы поедете исключительно на церемонию или же предполагается, как это было десять лет назад, еще и промотур?

— Пока нет никакой информации, ведь только все случилось. Поеду раньше, поскольку церемонии сопутствует целый ряд мероприятий. Там много всяких торжеств, приемов, профессиональных смотров, показов, обсуждений. Это двух-трехнедельный профессиональный праздник, мощный сход кинематографистов, в который я тоже буду вовлечен.

— Что вам дала мистификация с именем? Вы же изначально представляли «Трех сестер» под псевдонимом Тимур Когнов.  

— Это был серьезный урок. Прежде всего, это психологически травмирует. Я прошел сквозь огонь, потому что меня никуда не брал. Я не сделал какого-то открытия, просто провел эксперимент на себе и доказал, что сегодня в любом виде искусства, а в кино особенно, только имя имеет значение. Члены жюри, отуманенные либо любовью к режиссеру, чей фильм они оценивают на фестивале, либо нелюбовью, не могут быть непредвзятыми к этой работе.  А это в общем фигово.  Смотрите и судите фильм, а не автора. 

Я попробовал за счет качества фильма прорваться через все фестивальные редуты. Мне это удалось, но я ходил по лезвию бритвы в том смысле, что фильм мог никуда не пробиться, не получить приз в Санта-Барбаре, и сейчас мы бы с вами не говорили про него. Он лег бы на полку через два года фестивальной жизни и стал бы архивом. И никто бы не знал ничего про новый фильм Бронзита. Разве что на каком-нибудь творческом вечере его бы вам показали. Вот такая могла быть судьба. Очень я рисковал.

— Так имя заменили в номинации? Там вы – Бронзит, а не Когнов.

— Я подавал фильм на «Оскар» как Константин Бронзит. В номинации имя не заменить.  Понимаю, что сейчас начнется путаница. Я провел свой эксперимент на самом сложном этапе – этапе фестивальной гонки. После приза в Санта-Барбаре, где я участвовал как Тимур Когнов из Кипра и получил награду за фильм «Три сестры», что явилось квалификацией  для «Оскара», я уже его «завернул» и послал в Американскую киноакадемию как Константин Бронзит. 

— То есть произошло всеобщее заблуждение. Многие уверены, что после шорт-листа произошла замена имени в номинации.

— Так в киноакадемии не получится. Там все строго регламентировано, как в любой большой и серьезной организации. Я бы не смог сейчас ничего сделать, сказать: «Ой, ребята, поменяйте имя.  Я на самом деле Константин Бронзит».  Я это знал, поэтому на «Оскар» послал фильм под своим именем.  Другое дело, что все равно никто кроме академиков про это не знал.  

Каминг-аут я сделал, когда фильм попал в шорт-лист. Даже если бы он там не оказался, я все равно продолжал оставаться в зоне риска.  Кто про него узнал? Вы знали, что фильм  Бронзита в лонг-листе, где еще 150 фильмов и больше? Только когда месяц назад случился переход из лонг-диста в шорт-лист, я сделал заяление: вот мой фильм,  я снова  на арене.  И все зашумели. 

— Вы пять лет работали над фильмом?

— Даже больше.  

— И делали его дома в промежутках между большими проектами?

— По-разному. В основном работал ночами и вечерами, дома, в выходные дни и отпуске.

— А сама история про трех героинь как родилась…

— К Чехову она никакого отношения не имеет. Мы с моим другом Дмитрием Высоцким летели с первого «Оскара» в 2009 году, и он рассказал о своей идее. На горизонте трех сестер появляется мужчина, и начинается соперничество. Абсолютно жизненная коллизия меня зацепила.  Долго вертелся в голове этот сюжет и в конце концов вылился в целую историю. 

— Помню, как перед другим «Оскаром» у вас возникла не очень приятная история с попаданием в интернет фильма «Мы не можем жить без космоса». Будете «Трех сестер» оберегать, чтобы они куда-то не просочились?

— Я этим не занимаюсь, устал. Не стоит на тратить энергию. По счастью, сегодня на «Оскар» все это вообще никак не влияет.  

— Когда «Трех сестер» смогут увидеть зрители?

— Это вопрос к продюсерам. Они решают, когда, где и в каком виде фильм показать. На каких-то закрытых площадках для узкой аудитории, конечно, я его могу представить. Но если говорить о публичном показе по телевидению или на интернет-платформе, то это будут решать только продюсеры.