Верните пенсию гражданке в возрасте дожития: Саша Золотовицкий поставил спектакль с мамой в главной роли
В Пространстве «Внутри» появился новый спектакль и новый театр в театре. «Просрочку» поставил Саша Золотовицкий, пригласивший на главную роль маму, педагога, режиссера и актрису Веру Харыбину. Ее героиня и есть просрочка. Задержалась она на этом свете, вступила в возраст дожития, как теперь говорят.
Есть такое понятие «возраст дожития», и многие люди его последствия на себе ощутили, даже не рядовые, а знаменитые, как народная артистка Валентина Теличкина. Однажды довелось от нее услышать трагикомический монолог на эту тему.
Пенсионерка Раиса Федоровна Иванова, которую трогательно сыграла Вера Харыбина, пережила мужа, выращивает рассаду, куда-то едет в восемь утра, раздражая людей активного возраста, вечно спешащих на работу и по неотложным делам. Сидела бы старушка дома, не путалась под ногами — логика у них такая.
Баба Рая, как называют героиню Веры Харыбиной, хотя никакая она не баба и не старушка, а городская дама преклонных лет, в один совсем не прекрасный день попала в список умерших и тут же лишилась пенсии. Пришлось живой покойнице отправиться по казенным местам, чтобы доказать, что еще дышит. Ходит она по кругу, пугает народ. То ли аферистка, готовая присвоить чужую пенсию, то ли действительно воскресшая старушка.
Вера Харыбина играет добрейшее и наивное существо, готовое все стерпеть. В МФЦ, ЗАГСе и суде она встречает молодых сотрудников и сотрудниц, равнодушно смотрящих сквозь нее. Невероятные красавицы с маникюром и макияжем гордо несут госслужбу в учреждениях. Какое им дело до жалких просительниц.
Абсурд не знает границ. Ничего не изменилось с гоголевских времен. Люди-манекены твердят, что в системе ошибок не бывает. Раз выдана информация, что бабулька умерла 40 дней назад, значит, так оно и есть. Столько вообще не живут. Побыл на этом свете, уступи место другому. В какой-то момент баба Рая и сама начинает сомневаться в том, на каком она свете.
Владислава Сухорукова и Давид Сократян играют по несколько ролей. Их персонажей именуют словом «система». Они ее винтики и махина. Они не видят никого в упор, стучат ногтями по планшету, нереально и смешно приоткрывают веки. На сцене появляются как ураган студенты Школы-студии МХАТ в пергаментных одеждах. Они как хор и пепел, отбивают эпизод за эпизодом.
Раиса Федоровна Иванова – Башмачкин наших дней, самое уязвимое существо. Бюрократическая система ее до морга доведет. Патологоанатом в желтых перчатках бездушно произнесет: «Поздравляю. Ваша смерть зафиксирована». И тут же предложит поучаствовать в выгодной акции, приобрести вакантное место на кладбище.
Художник Натали-Кейт Пангилинан прочертила желтые линии, напоминающие сигнальную ленту в магазинах, где началась тотальная ликвидация. Старушку тоже пора списать в утиль. Она — бесполезное существо, потому система зафиксировала, что вышел срок ее годности.
Под ногами у актеров – образцы покрытия из разных присутственных мест, куски фанеры и линолеума, виды видавшая плитка. Пол только что помыли. Лужи не высохли. Сразу и не поймешь, что все это значит.
Молодые режиссеры все чаще снимают и ставят истории про хождение по мукам ритуальных служб, создают инструкции по отправке на тот свет. А баба Рая все ищет корень ошибки. Может участковый виноват, ведь присматривался же к ее квартире, замерщиков присылал. Зла старушка ни на кого не держит. Пенсию только жалко, надо же на что-то жить. Добрый человек найдется на кладбище. Там-то ее встретят ласково.
Саша Золотовицкий вспоминает, как мама воспитывала его на Гоголе, Хармсе и Кафке. Он был мал, и она пересказывала суть своими словами. Сын подрос и соединил в спектакле славную литературную когорту и свою маму. Пьесу написала Наша Гетва, представлявшая ее на фестивале современной драматургии «Любимовка» два года назад.
«Просрочка» станет первым спектаклем «Очередного театра» братьев Золотовицких, Алексея и Саши. Их отцу, Игорю Золотовицкому, наверняка бы понравилась скрытая в названии ирония. С юмором у его детей дела обстоят неплохо. Они уже выступали с остроумным парным конферансом на киноцеремониях, а теперь стали резидентами Пространства «Внутри».
Резиденты приходят и уходят, как было с «Озером», наполняют своим дыханием театр, делают себе имена и благополучно покидают принявшее их пространство, чтобы начать самостоятельную жизнь. И это нормально, никаких трагедий. Все только начинается.