В ГМИИ им. А.С.Пушкина открылась видеоинсталляция Фабрицио Плесси
В Пушкинском музее впервые представили работу «Вертикальные моря» 2018 года венецианского мастера Фабрицио Плесси. Художник выполнил ее специально для ГМИИ и затем пожертвовал музею, но с тех пор она ни разу не выходила в свет. Ситуацию решили исправить, и впервые за долгое время Пушкинский показывает свое собрание медиаискусства, начав с работы итальянского пионера нового визуального языка.
Для видеоинсталляции итальянского мастера Фабрицио Плесси выбрали крайне удачное расположение в Пушкинском музее: чтобы найти 31-й зал, нужно пройти через Греческий дворик. Так, случайно или нарочно, зритель наблюдает за диалогом искусств разных эпох — античной и современной. В обоих случаях он находится в удобном положении: тут нет острой необходимости гадать, что же хотел сказать автор. Потому что это просто красиво, и этим прежде всего можно и нужно любоваться, медитировать. Важнее здесь не искать смысл, а следить за своими ощущениями. А работа «Вертикальные моря» — во всех смыслах накатывающая волна эмоций.
Имя венецианца Фабрицио Плесси не так хорошо знакомо широкому зрителю, а точнее сказать, незнакомо вообще. Современного искусства у нас зачастую боятся, не понимают и не принимают, но в случае с Плесси бояться нечего. Он работает со стихиями, которыми мы окружены, и оттого его работы всем нам понятны, независимо от культурной подготовки.
Видеоинсталляция «Вертикальные моря» — это четыре экрана, и на них отображено движение воды, за которым, как известно, можно наблюдать вечно. Высокотехнологичная съемка, где видна каждая вибрация, создаваемая водными каплями, микросверкания и переливы, — это эстетично и медитативно, с эффектом антистресса. И вот что интересно, во главе угла для Плесси стоят не технологии как таковые: они остаются лишь вспомогательными инструментами для достижения цели, где экран подобен обычному холсту, а съемка — способ отобразить магию происходящего. Художник довольно точно называет себя «алхимиком, который преображает материю, превращает одну стихию в другую и преодолевает физические законы».
Кто-то поспорит и скажет, что живая стихия — океан, море, река — способна вызвать эмоции, а передаваемое через экран — имитация, но задача художника как раз в том, чтобы поспорить с тезисом, что экран — бездушная ледышка. Как и чистый лист бумаги, мастер насыщает его эмоциональным и чувственным содержанием, наполняет энергией. И если в первые несколько секунд зритель будет попросту «врубаться» в происходящее, то после минуты движения воды поймет: оторваться невозможно. Почувствует силу стихии, ее мощь и власть над собой, даже осознавая, что перед ним не океан, а всего лишь экран, фикция.
Еще одна мысль художника заключается в поиске родства между стихией воды и видео. Плесси говорит, что они «жидкие, подвижные и нестабильные», и энергия, которой наполнены, «жаждет выплеснуться на экран», — и тут мы можем только согласиться, подчеркнув, что в видео, как и в воде, все находится в вечном движении и меняется каждую миллисекунду. Даже если кажется, что картинка статична, это не совсем так. Капли воды наполнены энергией светил, солнца, луны или звезд, а пиксели тоже есть сила света, хотя и не совсем природного происхождения. И в этом смысле художник сочетает свет в воде и свет в видео, транслируя его своему зрителю, вызывая у того принципиально новые ощущения.