От Лили Брик до фитопланктона: семь этажей искусства
В МАММ началось «Фотобиеннале-2026», на каждом этаже музея развернулись экспозиции, посвященные самым разным темам — так кажется. Но едва начинаешь всматриваться и вдумываться, понимаешь, что проходя этот семиэтажный путь, вместе с авторами и героями экспозиций ищешь одного: воздуха.
На первом этаже располагаются работы французской фотохудожницы белорусского происхождения Александры Катьер, стоит хотя бы ради того, чтобы увидеть ее цикл «Пасхальный букет». Серия возникла, когда художница ездила в дом престарелых в пригород Парижа, где Александра познакомилась с мадам Журно. Некогда она была художницей. Из настоящих радостей у нее осталось не так-то много — визиты к парикмахеру и цветочные букеты по четвергам, которые она получала по подписке, оформленной у местного флориста. Цикл фотографий Александры — «букет» снимков, запечатлевший те цветы, которые присылали мадам Журно. Черно-белые кадры старушку не впечатлили, и было решено их раскрасить, причем красками для пасхальных яиц. Но такое название цикл получил не только по этой причине. Мадам Журно ушла из жизни в мае 2024-го года, а цветы по подписке продолжали приходить — как напоминание, что жизнь сильнее смерти.
Идем дальше и цепляемся за печальный взгляд героини киноплаката «Закованная фильмой» — актриса, с которой писали этот образ, была «человеком-магнитом» в свою эпоху, и несложно догадаться, что этой удивительной женщиной была Лиля Брик, и кстати, плакат — работа Владимира Маяковского.
По ощущениям, выставка о Лиличке — попытка ответить на вопрос, чем «дышала» икона авангарда. И ответ дают всесторонне: начиная с любимого парфюма, который Брик просила у Маяковского привезти из зарубежных поездок, продолжая любовью (целый стенд посвящен одной только трогательной переписке с Маяковским, который подписывался как «Щен», из рисуночков милой черной собачки в их письмах складывается целый комикс приключений Щена) — «люблю» здесь присутствует в виде того самого кольца-печати, на котором три буквы инициалы Лили Юрьевны Брик «л» «ю» и «б» расположены таким образом, что складываются в бесконечное «люблю». Наконец, искусство — Лиличка, кажется, занималась им всю жизнь, но отнести ее к художницам, актрисам, музыкантам или поэтам нельзя. Она была музой — к ней приходили за «благословением» те, кто потом становились лучшими — Щедрин, Плисецкая, Вознесенский и многие-многие…
Вдохнув аромат парфюма Лилии Юрьевны, отправляемся в путь, и кстати, вместе с ней и Александром Родченко. Когда Маяковский привез Лиличке из Франции «Рено», она получила права, сшила себе специальное платье и отправилась в автопутешествие, а прежде — попросила Родченко ее сфотографировать. Путь держали в Ленинград, но поездка в итоге не состоялась — и дорога была плохой, и «одной ехать скучно и опасно». На память остались фотоснимки, сделанные Родченко — цикл «Несостоявшееся путешествие» то ли открывает, то ли завершает выставку «Даешь автомобиль! Из истории советской автомобилизации 1920-х—1930-х годов». И снова эта же декада, когда кино вошло в нашу жизнь, стало звуковым и навсегда перевернуло мир визуального искусства, и в это же время — автомобили, навсегда изменившие скорость нашей жизни и воздух (во всем мире!).
Этажом выше «Метро — пульс времени» — путешествие во времени по вехам истории столичного метро от его зарождения, когда идея сотворить настоящее подземное царство была на чертежах архитекторов и до современности. И здесь хоть и кратко, но вспомнили все — и трогательный образ Кольки в лице Никиты Михалкова в фильме «Я шагаю по Москве» Данелии, и хрестоматийное фото Виктора Цоя на лестнице к метро «Кантемировская», сделанное Игорем Мухиным, и снимки из разряда «не все поймут, но многие вспомнят» из 1990-х, когда парочка влюбленных, целующихся у входа в метро (только встретились или прощаются?) соседствует с нищенкой, ищущей в мусорке то ли банки, то ли бутылки… Хрестоматийная картина.
Наконец — большой подарок столичным поклонникам фотоискусства, большая выставка «Театр подсознания» Роджера Баллена. Мастер родился в США, но живет уже долгие годы в ЮАР. Главная фишка экспозиции — премьера его проекта «Инферно» по мотивам «Божественой комедии» Данте Алигьери, но прежде — погружение в контекст творчества Баллена. Странные снимки, например, голова новорожденного щенка между грязных человеческих ступней, или странный человек, рисующий на стенах мелом — оказывается, таков театр художника, тщательно срежиссированные постановки, обнажающие абсурдность мира.
Наконец, самый «воздушный» зал — немецкий мастер Ян Шлегель. Если герои предыдущих выставок искали «воздух» или трансформировали его, то здесь — те, кто его создают. Героями снимков Шлегеля становятся растения, которые он с любопытством исследует в собственном саду, медузы и даже фитопланктон, производящий большую часть воздуха на планете. Кстати, забавное совпадение, но отсюда можно выбраться на крышу музея и глотнуть московского воздуха и взглянуть на пока еще стоящую Шуховскую башню.