Егор Летов жив: сибирский панк поселился в музее
В Центре Вознесенского проходит выставка «Трава по пояс» — первая экспозиция, собравшая коллажи, рукописи, гитары и диктофонные записи Егора Летова. Через красные флаги с текстами «Гражданской обороны» и заросли травы авторы рассказывают, как сибирский панк стал частью большой русской культуры. Почему Летов сегодня звучит и в музее, и на кухнях хрущёвок — в нашем материале.
С первого шага выставка переносит в Советский Союз. Всюду красные стяги и вымпелы, но коммунистические лозунги замещены текстами песен «Гражданской обороны». Есть в этом какая-то мистическая ирония: когда-то Егор Летов выступал против СССР и подвергался репрессиям, позже признавался в любви к коммунизму, а теперь, после смерти, как будто сросся с ним. И вот история жизни Егора поделена на пятилетки и начертана на красных флагах, да и сам он, словно герб, смотрит с них на посетителей.
Егор Летов в музее — ситуация противоречивая, но совершенно закономерная, ведь всё, что связано с этим человеком, парадоксально. «Гражданскую оборону» слушают пьяные компании на кухнях хрущёвок и исполняют профессиональные музыканты симфонических оркестров. Стихи Летова пишут на стенах и разбирают в научных трудах. Просто Егор — уникальное явление. Используя знакомые образы, Летов переработал их и наполнил такими абстракциями, что над смыслом песен бьются по сей день, разбирая многочисленные отсылки и метафоры. И в каждом человеке эти песни отзываются по-своему. Поэзия Летова настолько вплелась в нашу культуру, что присутствие его следа везде — от маргинальных тусовок до интеллигентного общества — естественно. 
Если вы хорошо знакомы с биографией Егора, то первое помещение выставки вряд ли станет открытием — разве что здесь вы увидите гитары панк-рокера. И напротив, если вы забрели случайно, то вереница дат не поможет вам составить картину жизни поэта. Но поспособствуют тексты его песен на вымпелах и видео с концертов, проигрываемые на небольших экранах. Задержитесь, чтобы прочувствовать эпоху, в которой вырос Летов, вслушайтесь в песни, бьющие по сознанию молотом.
Настоящие сокровища начинаются со второго помещения. Здесь можно увидеть обложки альбомов «ГО» вживую, рассмотреть коллажи Егора в мельчайших деталях. И пусть экспонатов немного, но выставляются они впервые; более того, для экспозиции их отреставрировали, используя те же журналы, из которых Летов когда-то вырезал элементы своих композиций. Егор вообще относился к обложкам альбомов с большим вниманием, считая их полноправной частью музыкального произведения. Но коллажировал он и в малой форме: на витринах представлены самодельные открытки, которые рокер дарил друзьям. На оборотной стороне личные послания, которые нам лицезреть не суждено. И этот подход близок к его песням — авторы выставки дают нам свободу интерпретации заложенного в коллажи-открытки смысла. 
Название выставки — «Трава по пояс», и понятен такой выбор становится в третьем зале. Посудите сами: из приблизительно шести сотен творений остановились на строчках песни из фильма «По секрету всему свету», которую Егор перепел. На ум приходили ассоциации с теми самыми коллажами — подобно им, Летов как бы вырезал чужие стихи и зарядил их новым смыслом. Но последний зал выставки оказался почти оранжереей, наполненной растениями и той самой травой. В её зарослях даже можно посидеть и составить поэту компанию в его лесных прогулках: здесь проигрывают диктофонные записи его творческих наработок (выставляются впервые) и показывают кадры омских чащ, по которым Летов любил бродить в поисках вдохновения. Опыт дополняют рисунки Егора разных лет, начиная с раннего детства. Рокер, зачастую грубый в своих песнях, с большой нежностью относился к природе и животным, что часто отражалось в его творчестве.
На выставке я обменялся неловкой улыбкой с Натальей Чумаковой, многолетней соратницей Егора и его вдовой. Я ждал этой встречи и хотел задать ей десятки вопросов о дорогом мне авторе. Но увидев Наталью, я понял, что спрашивать ничего не стану. Зачем лезть в душу человеку, который и так обнажает её: через переиздания песен, документальные фильмы, книги. Захотелось просто поблагодарить её за всё, включая эту выставку. Но, собравшись с мыслями, Чумакову я уже не нашёл. И у меня не получилось сказать: «Наталья Юрьевна, спасибо вам за то, что Егор Летов жив». Понимаете? Летов — жив!