Дьявол теперь свой парень: как Людмила Максакова переосмыслила „Фауста“ на учебной сцене

Последний свой дипломный спектакль показали в театральном институте имени Бориса Щукина. Со студентами третьего курса его поставила прима Вахтанговского Людмила Максакова, и одним этим все сказано. В театре она работает более 60 лет, из них добрую половину преподает в институте, и с выпускными курсами ставила и ставит спектакли.м

При этом ее личная занятость в театре впечатляет — 12 спектаклей в месяц, то есть играет раз в три дня. Воистину над талантом время невластно. Для постановки на курсе Анны Дубровской Людмила Васильевна выбрала не самый простой материал — «Фауста» Гете. Первая часть, перевод Бориса Пастернака. И после распределения ролей вместе с третьекурсниками пустилась в опасное путешествие по тёмным и светлым закоулкам человеческой души, податливой искушению и соблазну. И тут как тут — дьявол, всегда готовый оказать услугу, чтоб было вам счастье и вечное блаженство. Лишь плату не забудь. Какую ж? Да душу и — в добрый путь. Тут, как говорится, без вариантов. Жар соблазна ох как велик, и старый отшельник, на минуточку, доктор философии Фауст, которому опостылела жизнь, продал душу Мефистофелю. Ради чего? А чтоб после долгого поста, изведать «что означает жизни полнота». И кровью доктора скрепили договор. «Фауста» играют в Шаляпинском доме в небольшом пространстве. Оно ничем не заставлено — чисто и ясно, и такой же ясности сразу захотелось в сути и смыслах великого произведения немецкого поэта, который он писал 57 лет. Максакова начинает своё повествование как с чистого листа — заключено пари, и пред нами уже плут весельчак и муж учёный, на котором вместо докторской мантии «одежда, свойственная повесам». Его белый костюм — знак жизни красивой, как полная чаша. А Мефистофель? Ничего демонического ни в лице, ни в голосе. Напротив, свой парень в доску, обаяшка ловкий, подвижный, и брови не резко ломкой линией, а ровной полосочкой, с игривым завитком над переносицей. Все в мире изменил прогресс. Как быть? Меняется и бес. Таким его и играет Михаил Гудков, точно лиана вьётся он вокруг Фауста (Андрей Тукаев), а тот поначалу вроде бы растерян, но постепенно входит во вкус — на горизонте невинная девушка Маргарита, она же Гретхен (Анна Степаненко), которую омолодившийся Фауст жаждет… Нет смысла пересказывать библейский по сути сюжет Гете о соблазне, грехопадении и страшной расплате — тут интересно как режиссёр раскрывает его, какими средствами. Если не знать о многолетнем театральном опыте Максаковой (режиссерском на учебной сцене, а больше актерском в разных спектакля у разных Мастеров), то можно подумать, что над «Фаустом» со студентами в «Щуке» работал вполне себе молодой режиссёр. Который, во-первых, подробно, до буквы разобрал поэтический текст с начинающими артистами, и строфы настолько проросли в них, что смысл мизансцен и игры стал ясен, прозрачен и актуален. И, главное, не ускользает при той скорости и динамике, которые заданы режиссером с самого начала, и это во-вторых. Соблазны, их сценический результат не столь примитивны, как можно видеть во многих постановках, особенно у тех, кто причисляет себя к современным художникам — никаких псевдосовокуплений, обнажений. У Максаковой все манко и привлекательно без этого: Элвис Пресли, исполняющий «Мой путь» под зачарованными взглядами неискушенной девицы, и хореографические этюды героев. И апогей страсти и соблазна — вальс втроем, просто, но весьма изящно и изобретательно поставленный Ириной Филипповой. С Маргаритой и Фаустом вальсирует Мефистофель, но не в качестве пристройки, а как равный партнер. Видимая простота студенческой работы не допускает однозначности и в трактовке образов. Невинность Гретхен, что сродни детской простоте и распахнутости миру, диктует поведение Фаусту: не соблазнитель он, колеблется при виде чистоты в глазах Маргариты. А свойский парень Мефистофель в бейсболке козырьком назад нашептывает, подталкивает в сладостный огонь обладания. Очень точный каст сделала Максакова — все роли в десятку: Гудков (Мефистофель), Анна Степаненко (Маргарита), Полина Барабанщикова (сообщница дьявола Марта), Алексей Онежен (Френк Синатра и Валентин). Сцена сумасшествия Марты в тюрьме тому доказательство — быстрая и точная смена эмоционального состояния и реакций Маргариты: от прозрения когда, кажется, что она приходит в себя, до бреда, полного затмения сознания. «Такая, понимаешь, тут моторика стремительная. От чудовищных потрясений с человеком происходит мгновенная смена состояний и полная вера в то, что он сам говорит. Это психиатры тебе подтвердят», — после спектакля объясняет мне Людмила Васильевна. С ней интересно разговаривать: она на немецком шпарит «Фауста», вспоминает какие советы ей самой давала одна из красивейших актрис своего времени и великий педагог Алла Казанская. Как теперь сама объясняет молодым тонкости актерского ремесла над сложными ролями, когда студенты ещё не обременены жизненным опытом и не ведают что есть грех и плата за него по счетам. «Они должны играть своими эмоциями, своим опытом, но все постараться раскопать в себе. Что они сейчас могут? Только обнажать свою душу, маленькую беззащитную. «Фауст» на все времена, а к сегодняшним как никогда: Он лучше б жил чуть-чуть, не озари Его ты Божьей искрой изнутри. Он эту искру разумом зовет И с этой искрой скот скотом живет. Я тут больше по Достоевскому делала: душа — поле битвы Бога и дьявола. Но все таки побеждает бог, который любит человека и прощает его. Маргариту же прощают, потому что она любила. Поэтому и «спасена».