В Сочи приехали кинематографисты стран Азии, Африки и Латинской Америки: травмы бедных, слезы богатых
Победителем завершившегося в Сочи «Евразия -Кинофеста» стал колумбийский «Лактар» Гарольда Тромпетеро о 62-летней представительнице высшего сословия, матери восьми взрослых детей, родившей ребенка от своего шофера. Невероятных перипетий в духе условной «Санта-Барбары» в кино из Африки, Латинской Америки и даже Кыргызстана достаточно.
«Евразия» напомнила старожилам Ташкентский международный кинофестиваль стран Азии, Африки и Латинской Америки, прекративший существование в 1988-м, с развалом СССР. Для многих он стал глотком свободы, возможностью увидеть то, что в СССР оказалось за семью печатями. В Сочи тоже съехались кинематографисты из Маврикия, Кении, Эфиопии, Бразилии, Колумбии, постсоветских республик, в общей сложности из 53 стран. Такая география в наши дни — редкость.
Лучшим фильмом по мнению жюри во главе с кинорежиссером Николаем Лебедевым стал колумбийский «Лактар» («Вскармливание») Гарольда Тромпетеро. Как объяснили авторы, название не стоит понимать буквально, как кормление грудью. Оно означает «взращивать», «давать жизнь».
Награду за лучшую женскую роль получила исполнительница главной роли, колумбийская актриса Мария Хелена Доеринг, сыгравшая синьору Викторию в этой малобюджетной картине о жизни богатых. Работа над ней заняла несколько лет. «Никто не верил в эту историю и не хотел давать на нее деньги, узнав, что героиня в 62 года забеременела, — сказал режиссер. — А теперь в Колумбии наш фильм стал самым кассовым. Мы впервые представляем его на международном фестивале. Он имеет коммерческий успех и одновременно глубокий».
«У нас было очень мало денег, не хватало и на костюмы, — призналась Мария Хелена Доеринг. — Мы отдавали этой картине кровь, пот и ногти. Мы все там оставили». Она снималась в своей одежде и почти всегда на экране в красном. Безденежье привело к художественной идее.
Изначально хотели снимать динамичный фильм, пришла даже идея о вертикальном кино, но воспротивился оператор, приверженец классического формата. Он и предложил выделить героиню цветом, чтобы притягивала взгляд. Выбрали красный, как символ крови, страдания и страсти.
Казалось бы, все у синьоры Виктории великолепно: обеспеченный муж, восемь самостоятельных и любящих детей, личный водитель, который ежедневно отвозит ее в самые разные места, чтобы она могла совершать экстравагантные на взгляд обывателя поступки. Муж предлагает семейное путешествие на Аляску, но поскольку дети предпочитают пляжный отдых, он отправляется в экстремальный тур с молодой секретаршей. Тут-то у Виктории и вспыхнет роман с шофером.
Эта дама в красном постоянно приговаривает: «Что делать с жизнью?» Сложно понять, насколько серьезно относятся авторы к тому, что происходит на экране, но фильм получился смешной, несмотря на то, что героиню изгоняют из дома, как только она решит рожать. Ее водитель и любовник скоропостижно умирает, а вслед за ним и сама Виктория. Их гробы комично проносят один за другим, а младенца возьмет на воспитание муж-рогоносец.
«Моя героиня была вполне традиционной. Семья, ее восемь детей были для нее всем. Ей в голову не могло прийти, что так все будет, но она не может отказаться от рождения ребенка, хотя его не планировала», — рассказала Мария Хелена.
Российские зрители искренне сопереживали страданиям богатых, которые тоже плачут, аплодировали минут 10, обнимали режиссера и актрису. Гости тоже обливались слезами.
Еще за одними родами мы наблюдали в нигерийской «Каканде», которую снял Тока Макбарор, а он — ключевая фигура в развлекательной индустрии Западной Африки. Его героиня Майрама становится жертвой суеверий и патриархальных традиций. Местный знахарь какой-то страшной железкой повредит ей мочевой пузырь, и теперь девушка истекает мочой, становится изгоем в своей деревне.
Продюсер фильма Ахмад Сарари рассказал, что в его стране говорят на 350 языках, и фильм снят на одном из северных наречий. Слово «каканда» означает вагинальный свищ, который, по его словам, стал бедствием в его родном городе.
За лучший сценарий отмечен классик узбекского кино Рашид Маликов. Его «Вата» («Хлопок») — пожалуй, лучший фильм в конкурсе. «Сценарий лежал на киностудии четыре года. Никак я его не мог пробить, — рассказал лауреат, кажется, немного огорченный рангом награды. — Это история 2015 года, когда процветал женский и детский труд. У меня возникло желание рассказать, как страна жила все эти годы, в то время, когда в Казахстане и России была уже другая жизнь. Я облек все в судьбу простой женщины, наивной, необразованной, как и большинство сельских женщин. При этом она добрая, чистая душой». Муж героини отправился на заработки в Россию, живет в Хабаровске, где у него появилась новая спутница жизни.
В кыргызском «Миге» Алмаза Жангазимиева один из героев говорит своему другу, явившемуся через 20 лет из небытия: «Вот теперь твоя «Санта-Барбара» началась». Молодой предприниматель оказался на грани неблаговидного поступка, решив уехать на четыре года в Японию, оставив возлюбленную и их еще не родившегося ребенка. Ничего плохого он совершить не успел, только подумал, но явился некто на велосипеде и усыпил несчастного на 20 лет в роскошном по тем временам автомобиле. А когда тот очнулся, жизнь кардинально изменилась, и оказался он ровесником собственного сына.
Поразительны не только судьбы героев и фильмов, но и кинематографистов, собравшихся на фестивале. У председателя жюри документального конкурса, актера и режиссера Альгиса Арлаускаса, тоже необычная линия жизни. Его родители, испанка и литовец, когда-то оказались за одним столом в сочинском санатории им. Ленина. Потом в Москве у них родился сын. На сцене Летнего театра города Сочи Альгис сорок лет назад играл с Маргаритой Тереховой, успев окончить ВГИК, сняться в «Спортлото-82», «Юнге Северного флота», множестве советско-российских картин. Теперь он живет в Испании и называет себя испанцем, литовцем и русским в одном лице.