Голова от Венеры Боттичелли и другие решения театральных художников показали в Новом Манеже
В Новом Манеже предлагают раскрыть театральные закулисные тайны — выставка «ТеАРТ» показывает, как работают художники, создающие магию театрального пространства. Свобода творчества, стиля и направлений, поразительное своеобразие и разнообразие каждой работы и слом всех стереотипов, которые у вас только могли быть о театральных художниках.
В Новом Манеже проходит выставка театральных макетов и эскизов с шарадочным названием «ТеАРТ», где под буквами «р» и «т» нарисована дуга, намекающая, что если их переставить, то получится «театр». Да, в самом слове «театр», оказывается, спрятано слово «art» — в переводе с английского означающее «искусство». И с этим не поспорить! По своему наполнению выставка — настоящий калейдоскоп закулисья подготовки спектаклей.
На «ТеАРТ» показан процесс, результатом которого мы привыкли наслаждаться, но как это все создавалось? Редкие театры и на редких выставках показывают свою «внутрянку», а здесь съехались работы со всех уголков страны (и из-за рубежа тоже!), причем как осуществленных постановок, так и тех, которые только готовятся к премьере или вовсе никогда не осуществятся, как труды признанных мэтров, так и удивительные идеи театральных художников-студентов.
Как может выглядеть эскиз театрального костюма? Да как угодно — судя по широкому спектру стилей и направлений, в которых творят театральные художники, они ничем не ограничены. Ничто не мешает сделать эскиз в стиле комиксов (Юлия Короткова, «Над пропастью во ржи» в Театре им. М.Н. Ермоловой) или коллаж из тканей и вырезанных голов героев знаменитых картин, среди которых «Рождение Венеры» Боттичелли и другие, как поступила Этель Иошпа для неосуществленной постановки «Возвращение Улисса на родину» по Монтеверди. А как было бы интересно взглянуть на то, как в жизни воплотили бы идею костюма Нептуна, которого художница на эскизе выложила настоящими ракушками!
Масса нейронных связей создается, если поглядеть на невероятно кропотливую работу художников над макетами — и здесь вспоминается Давид Боровский, автор декораций к легендарному «Гамлету» с Высоцким на Таганке. К своим макетам он создавал маленьких человечков, наряжал их — из них в его мастерской, ныне преобразованной в музей, сделали целую мини-выставку. В Новом Манеже есть масса других похожих решений того, как выставить героев на макетах — например, Владимир Арефьев, автор декораций к неосуществленному «Евгению Онегину» в Большом театре, использовал вырезанных человечков со старинных дореволюционных фотографий. Сергей Тимонин, готовивший декорации для «Варвары-красы» в Новосибирском музыкальном театре, предположительно, сделал мини-человечков, наряженных в костюмы по эскизам — наряды отображены до мелочей.
Любопытно, что за внешним «хаосом» расположения экспонатов на самом деле скрыта логика сопоставления. Например, где-то мы видим вполне традиционные решения сценического пространства, как это получилось в работе для спектакля «Девчата» Магнитогорского театра оперы и балета (художник Сергей Тимонин) — в макет встроен механизм вращения, который показывает нам, гостям выставки, как движется декорация во время представления — вот комната девчат, продуманная до мелочей — милый плакатик с винтажной красоткой, на одной из кроватей — газета «Советская культура», на столе кружевная скатерка, все в миниатюре, естественно; а вот — крыльцо дома с доской почета и плакатами «Слава ТРУДУ», «План выполним», «Заключайте трудовые договоры в работе в лесной промышленности». Все выглядит вполне реалистично, а рядом на контрасте метафоричная работа художника Виктора Шилькрота для спектакля «Алые паруса» пермского «Театр-Театр» — минималистичная конструкция, завораживающая своим видом, но при этом довольно абстрактная — настолько, что хочется посмотреть спектакль хотя бы только для того, чтобы понять, что же имел в виду художник.